45 лет женскому Туру
Принято считать, что все дороги ведут в Рим. Однако в случае с женским профессиональным туром правильнее было бы сказать – все дороги берут начало в Риме. К тому моменту, когда лучшие профессионалы – мужчины и женщины – собрались в итальянской столице в 1970 году, чтобы сыграть в турнире Italian Open на стадионе Foro Italico, минуло уже два года с начала Открытой Эры в теннисе, которая ознаменовала собой допуск профессионалов к крупнейшим турнирам, в том числе, к турнирам «Большого шлема». Как и было обещано, это принесло свои дивиденды лучшим игрокам-мужчинам. Теперь им выплачивали деньги открыто, а не из-под полы. И при этом размер призовых постоянно увеличивался. В 1969 году Род Лейвер стал первым, кому удалось заработать более 100 000 долларов за сезон.
Однако такого же адекватного финансирования ожидали для себя и женщины. Поcле того, как он посмотрел женский финал на стадионе Foro Italico – финал, который начался по расписанию еще до полудня на корте с амфитеатром вместо современной трибуны, где мраморных статуй было больше, чем живых болельщиков - знаменитый теннисный обозреватель Бад Коллинз заключил, что «женский теннис в Италии имеет статус завтрака – от него тоже хотят побыстрее и пораньше избавиться, перед тем, как днем заняться более серьезными делами».
Ставшая в 1970 году чемпионкой турнира Italian Open американка Билли Джин Кинг восстала. Она получила за победу 600 долларов призовыми, в то время, как чемпион среди мужчин – румын Илие Настасе - увез домой чек на 3500 долларов. Летом того же года на турнире Pacific Southwest Open в Америке призовой фонд у мужчин составил $ 12 500 у мужчин и $ 1500 у женщин. Несмотря на протесты ведущих теннисисток, участвовавших в турнире, его директор – знаменитый в прошлом теннисист Джек Крамер - ни на йоту не отошел от своей позиции. Он сам в свое время боролся за права профессионалов, но полагал, что люди будут платить только за то, чтобы смотреть матчи с участием мужчин.
Однако в Америке нашелся человек, готовый бороться за права профессионалов среди женщин. Это была основательница журнала «Мир тенниса» (World Tennis) Глэдис Хелдмэн, 48-летняя уроженка Нью-Йорка, дочь юриста и супруга человека, занимавшего важный пост в научно-исследовательском отделе нефтяной комании «Shell Oil».
Именно Глэдис тогда согласилась помочь Билли Джин и ее партнерше по паре Роузи Казалс в борьбе с женоненавистником Джеком Крамером. Хелдман как раз собиралась переехать в Хьюстон (штат Техас) и решила провести там профессиональный турнир с участием 8 женщин, который нарочно проводился бы параллельно дискриминационному по отношению к дамам турниру Джека Крамера «Pacific Southwest». Сказано – сделано, в Хьюстоне оборудовали корт и поставили трибуны. Однако Крамер заручился поддержкой президента Американской теннисной ассоциации (USLTA) Боба Келлера, они выразили протест, а USLTA пригрозила дисквалифицировать любую теннисистку, которая примет участие в крамольном хьюстонском турнипе. В те годы USLTA имела очень сильное влияние на американских игроков, а это означало, что смелым бунтаркам «светило» отстранение от турниров «Большого шлема» и вообще от всех международных турниров.
Но Кинг и ее покровительница Глэдис Хелдмэн не сдавались. Глэдис обратилась за помощью к старому другу ее семьи Джо Кальману, председателю совета директоров табачной компании «Philip Morris». Они часто играли вместе в теннис на любительском уровне. При этом Кальман и Хелдман были оба евреями, и Кальман помнил, как, несмотря на высокое положение и богатство, его долго не пускали в элитные теннисные клубы восточного побережья Америки. «Было бы вполне нормально, если бы меня с учетом моих связей пригласили бы туда. Ан нет…,- вспоминал позже Кальман. – Я, конечно, и без них выжил. Но я это запомнил. Это не прошло незамеченным». В итоге это проявление антисемитизма подтолкнуло Кальмана к тому, чтобы стать одним из инициаторов перевода тенниса с любительских на профессиональные рельсы. Вот так Кальман сделал сигаретную компанию «Philip Morris» спонсором первого за всю Открытую Эру US Open (1968 года). А спустя два года он так же с радостью выделил 2500 долларов своей старой доброй приятельнице Глэдис Хелдман в качестве призового фонда для их протестного турнира в Хьюстоне, а в обмен на это сам турнир получил название «Virginia Slims» (марка женских сигарет, которые компания «Philip Morris» активно продвигала среди потребителей женского пола; впоследствии турнир «Virginia Slims»стал известным теннисным брендом).
Однако Американская теннисная ассоциация (USLTA) сдаваться не собиралась. Вместе с Международной теннисной федерацией (ILTF) она согласилась разрешить организаторам турнира в Хьюстоне провести лишь любительский турнир, а это означало, что призовые превращались в нелегальные «подстольные». Но дочь судьи Глэдис Хелдман, знавшая толк в адвокатских уловках, нашла выход из казалось бы тупикового положения. Она подписала с 9 теннисистками, согласившимися участвовать в турнире, контракт на оказание «личных услуг» журналу World Tennis на символическую сумму в 1 доллар. Это позволило им по-прежнему оставаться профессионалками, поскольку они получали официальный гонорар за свою работу, а турнир в Хьюстоне остался-таки профессиональным турниром, который при этом не подпадал под юрисдикцию USLTA.
Правда, USLTA все равно дисквалифицировала всех теннисисток «Хьюстонской девятки», но турнир прошел по плану. Однровременно Глэдис Хелдман запланировала еще два турнира и подписала контракт с игроками. Тогда, на том историческом турнире в Хьюстоне, Билли Джин Кинг, Роузи Казалс, Кристи Пиджен, Нэнси Ричи, Вэл Зигенфасс, Джуди Тегарт Далтон, Керри Мелвиль Рид и Пичез Барковиц сделали групповой фотоснимок, ставший каноническим. На фото они все размахивают банкнотой стоимостью в 1 доллар. После того, как к ним в последний момент присоединилась Джули Хелдман, их и стали называть «Хьюстонская девятка». Вместе с ними позировала и мама Джулии – Глэдис Хелдман – в своих знаменитых темных очках.
«Это был риск,- вспоминала впоследствии Билли Джин Кинг. – Мы бы выглядели очень глупо, если бы потерпели неудачу. Если никто из зрителей не пришел бы посмотреть на нашу игру, мы бы просто погибли. Но они пришли. Мы правильно прочувствовали момент».
Так был запущенa серия турниров Virginia Slims – прообраз будущей WTA. И, несмотря на мнения многочисленных скептиков, зрители были готовы платить деньги за то, чтобы смотреть эти турниры. Так была заполнена новая ниша, и теннис преодолел еще один барьер. А на следующий год (1971) Кинг стала первой женщиной, заработавшие на корте свыше 100 000 долларов за сезон. «Они были первопроходцами, реальными рекламными агентами и настоящими профессионалами, - писал позднее журналист Крис Эванс. - И поскольку им пришлось бороться со столь сильно укоренившимися предрассудками, им удавалось продвигать и популяризировать теннис гораздо успешнее по сравнению с мужчинами».
Спустя 45 лет женщины зарабатывают одинаковые с мужчинами призовые на всех турнирах «Большого шлема». А на Итоговом чемпионате года WTA в Сингапуре наблюдается аншлаг. А если руководствоваться старым принципом «Все дороги ведут в Рим» и вернуться в итальянскую столицу на стадион Foro Italico, мы обнаружим, что и там теперь тоже платят одинаково и мужчинам, и женщинам.
Правда, многие теннисисты-мужчины сегодня считают, что они проводят на корте гораздо больше времени (например, во время пятисетовых матчей) и потому заслуживают того, чтобы получать больше, чем женщины. И что женщины привлекают внимание не только и не столько своей игрой, сколько симпатичными личиками и сексуальными фигурками, которые скрываются за порой весьма откровенными теннисными платьицами и топиками. Однако спустя много лет после наступления Открытой Эры в теннисе, в мире - по крайней мере, западном - наступила другая эра, политкорректности. Поэтому говорить во весь голос о женских фигурках или просить женщин «покружиться» на корте красоты ради, нынче не то, чтобы очень приветствуется (теми же борцами за равные права женщин и мужчин в лице Билли Джин Кинг). А ассоциировать теннис с производителями сигарет, которые в свое время помогли женщинам победить зло с помощью «бабла», вырученного от продаж смертоносного табачного зелья, и вовсе не принято. Причем уже давно – с тех пор как сигаретные компании подобру-поздорову сами убрались из тенниса и спорта вообще. Но это уже совсем другая история…
Михаил Иванов
28 февраля 2015 - /tennisweekend.ru/russia
Ответить с цитированием